Pollyanna

Chapter 14.

Just a Matter of Jelly

Pollyanna, Chapter 14
Just a Matter of Jelly
Pollyanna was a little late for supper on the night of the accident to John Pendleton; but, as it happened, she escaped without reproof.

Nancy met her at the door.

“Well, if I ain’t glad ter be settin’ my two eyes on you,” she sighed in obvious relief. “It’s half-past six!”

В тот день, когда Джон Пендлетон сломал ногу, Поллианна немного опоздала к ужину, но случилось так, что ей это счастливо сошло с рук.

Возле двери ее встретила Ненси.

— Ну, наконец-то я тебя вижу, — вздохнула она с явным облегчением. — Уже половина восьмого.

“I know it,” admitted Pollyanna anxiously; “but I’m not to blame – truly I’m not. And I don’t think even Aunt Polly will say I am, either.”

“She won’t have the chance,” retorted Nancy, with huge satisfaction. “She’s gone.”

— Я знаю, — ответила Поллианна обеспокоено, — но я не виновата… честное слово, не виновата. И я думаю, что даже тетя Полли не станет меня винить.

— Ей не представится случай! — возразила Ненси с огромным удовлетворением. — Она уехала!

“Gone!” gasped Pollyanna. “You don’t mean that I’ve driven her away (to drive away фраз.гл. выживать кого-то). Through Pollyanna’s mind at the moment trooped remorseful memories of the morning with its unwanted boy, cat, and dog, and its unwelcome “glad” and forbidden “father” that would spring to her forgetful little tongue. “Oh, I DIDN’t drive her away?”

— Уехала? — опешила Поллианна. — Не хочешь же ты сказать, что это из-за меня? — В уме ее в этот момент пронеслись, возбуждая угрызения совести, воспоминания обо всем, что случилось утром: о мальчике, которого не захотела воспитывать тетка, о нежеланных кошке и собаке, о неприятном «рада» и запретном «папа», которые все время слетали с ее забывчивого языка. — О, неужели это из-за меня?

“Not much you did,” scoffed Nancy. “Her cousin died suddenly down to Boston, and she had ter go. She had one o’ them yeller telegram letters after you went away (to go away фраз.гл. уходить) this afternoon, and she won’t be back for three days. Now I guess we’re glad all right. We’ll be keepin’ house tergether, jest you and me, all that time. We will, we will!”

— Не столько из-за тебя, — насмешливо сказала Ненси, — сколько из-за ее бостонской кузины, которая неожиданно умерла. Мисс Полли получила срочную телеграмму вскоре после того, как ты ушла. Вернется она только через три дня. Теперь, я думаю, мы можем радоваться! Мы будем хозяйствовать в доме вдвоем, ты и я, вдвоем, вдвоем!

Pollyanna looked shocked.

“Glad! Oh, Nancy, when it’s a funeral?”

“Oh, but ’twa’n’t the funeral I was glad for, Miss Pollyanna. It was – ” Nancy stopped abruptly. A shrewd twinkle came into her eyes. “Why, Miss Pollyanna, as if it wa’n’t yerself that was teachin’ me ter play the game,” she reproached her gravely.

Но Поллианна, казалось, была потрясена:

— Радоваться! О, Ненси, но это же похороны!

— Да я ведь не из-за похорон рада, а из-за… — Ненси внезапно оборвала свою речь. Глаза ее лукаво блеснули. — Как будто это не ты учила меня играть в игру, — сказала она с упреком.

Pollyanna puckered her forehead into a troubled frown.

“I can’t help it, Nancy,” she argued with a shake of her head. “It must be that there are some things that ’tisn’t right to play the game on – and I’m sure funerals is one of them. There’s nothing in a funeral to be glad about.”

Поллианна озабоченно нахмурилась.

— Я ничего не могу поделать, Ненси, — возразила она, покачав головой. — Должно быть, есть некоторые вещи, которые не подходят под правила игры… и я уверена, что похороны — одна из таких вещей. В похоронах нет ничего такого, чему можно было бы радоваться.

Nancy chuckled.

“We can be glad ’tain’t our’n,” she observed demurely. But Pollyanna did not hear. She had begun to tell of the accident; and in a moment Nancy, open-mouthed, was listening.

Ненси засмеялась.

— Мы можем радоваться, что это не наши похороны, — заметила она спокойно. Но Поллианна не слышала. Она начала рассказывать о несчастном случае с Джоном Пендлетоном, и через минуту Ненси слушала раскрыв рот.

At the appointed place the next afternoon, Pollyanna met Jimmy Bean according to agreement. As was to be expected, of course, Jimmy showed keen disappointment that the Ladies’ Aid preferred a little India boy to himself.

На следующий день в назначенном месте Поллианна встретилась с Джимми Бином. Как и можно было ожидать, Джимми был глубоко задет тем, что дамы из благотворительного комитета предпочли ему каких-то маленьких индусов.

“Well, maybe ’tis natural,” he sighed. “Of course, things you don’t know about are always nicer’n things you do, same as the pertater on ’tother side of the plate is always the biggest. But I wish I looked that way ter somebody ’way off. Wouldn’t it be jest great, now, if only somebody over in India wanted ME?”

— Ну, может быть, тут нет ничего странного, — вздохнул он. — Конечно, вещи, о которых не знаешь, всегда милее тех, которые известны… Это так же, как кусок мяса на другом краю тарелки всегда кажется больше. Хотел бы я, чтобы кто-нибудь там, далеко, тоже на меня так посмотрел. Это было бы здорово, если бы в Индии кто-нибудь захотел взять меня.

Pollyanna clapped her hands.

“Why, of course! That’s the very thing, Jimmy! I’ll write to my Ladies’ Aiders about you. They aren’t over in India; they’re only out West – but that’s awful far away, just the same. I reckon you’d think so if you’d come all the way here as I did!”

Поллианна хлопнула в ладоши:

— Ну конечно же! Вот именно, Джимми! Я напишу о тебе в мой благотворительный комитет. Они, правда, не в Индии, а только на западе… но это тоже ужасно далеко, почти то же самое. Ты бы тоже так думал, если бы, как я, проехал оттуда сюда!

Jimmy’s face brightened.

“Do you think they would – truly – take me?” he asked.

“Of course they would! Don’t they take little boys in India to bring up (фраз.гл. воспитывать)? Well, they can just play you are the little India boy this time. I reckon you’re far enough away to make a report, all right. You wait. I’ll write ’em. I’ll write Mrs. White. No, I’ll write Mrs. Jones. Mrs. White has got the most money, but Mrs. Jones gives the most – which is kind of funny, isn’t it? – when you think of it. But I reckon some of the Aiders will take you.”

Лицо Джимми прояснилось:

— Ты думаешь, что они… в самом деле… меня возьмут?

— Конечно, возьмут! Разве они не посылают деньги на воспитание маленьких мальчиков в Индии? Они могут на этот раз просто играть так, будто ты маленький индийский мальчик. Я думаю, ты достаточно далеко от них, чтобы упомянуть тебя в отчете. Подожди. Я им напишу. Я напишу миссис Уайт. Нет, лучше — миссис Джоунс. У миссис Уайт больше всего денег, но дает больше всех миссис Джоунс. Разве не забавно, если над этим задуматься?… Но я думаю, кто-нибудь из моих дам возьмет тебя.

“All right – but don’t furgit ter say I’ll work fur my board an’ keep,” put in Jimmy. “I ain’t no beggar, an’ biz’ness is biz’ness, even with Ladies’ Aiders, I’m thinkin’.” He hesitated, then added: “An’ I s’pose I better stay where I be fur a spell yet – till you hear (пока ты не получишь ответ).”

— Хорошо… Но не забудь написать, что я буду работать за еду и жилье, — добавил Джимми. — Я не попрошайка, и бизнес есть бизнес, даже если имеешь дело с благотворительным комитетом. — Он замялся, потом сказал:

— И я думаю, мне лучше остаться там, где я есть… пока ты не получишь ответ.

“Of course,” nodded Pollyanna emphatically. “Then I’ll know just where to find you. And they’ll take you – I’m sure you’re far enough away for that. Didn’t Aunt Polly take – Say!” she broke off (to break off фраз.гл. замолчать), suddenly, “DO you suppose I was Aunt Polly’s little girl from India?”

— Конечно, — кивнула Поллианна выразительно. — Тогда я буду знать, где тебя найти. Они возьмут тебя — я уверена, ты достаточно далеко для этого. Разве тетя Полли не взяла меня… Слушай! — воскликнула она неожиданно. — Как ты думаешь, я тоже была для тети Полли девочкой из Индии?

“Well, if you ain’t the queerest kid,” grinned Jimmy, as he turned away (to turn away фраз.гл. отвернуться).

It was about a week after the accident in Pendleton Woods that Pollyanna said to her aunt one morning:

“Aunt Polly, please would you mind very much if I took Mrs. Snow’s calf’s-foot jelly this week to someone else? I’m sure Mrs. Snow wouldn’t – this once.”

— Ну, ты самая чудная девчонка, какую я знаю, — усмехнулся Джимми, собираясь уходить.

Прошла примерно неделя после несчастного случая на Пендлетон-Хилл, когда Поллианна однажды утром обратилась к тетке:

— Тетя Полли, ты не будешь возражать, если на этой неделе я отнесу студень не миссис Сноу? Я уверена, миссис Сноу не обидится… на этот раз.

“Dear me, Pollyanna, what are you up to now? (to be up to smth идиом. Намереваться что-то делать, задумывать)” sighed her aunt. “You are the most extraordinary child!”

Pollyanna frowned a little anxiously.

“Aunt Polly, please, what is extraordinary? If you’re extraordinary you can’t be ordinary, can you?”

— Боже мой, Поллианна! Что ты еще придумала? — вздохнула мисс Полли. — Какой ты неординарный ребенок!

Поллианна нахмурилась с некоторым беспокойством:

— Тетя Полли, а что такое «неординарный»? Если кто-то неординарный, то он не может быть ординарным, правда?

“You certainly can not.”

“Oh, that’s all right, then. I’m glad I’m extraordinary,” sighed Pollyanna, her face clearing. “You see, Mrs. White used to say Mrs. Rawson was a very ordinary woman – and she disliked Mrs. Rawson something awful. They were always fight – I mean, father had – that is, I mean, we had more trouble keeping peace between them than we did between any of the rest of the Aiders,” corrected Pollyanna, a little breathless from her efforts to steer between the Scylla of her father’s past commands in regard to speaking of church quarrels, and the Charybdis of her aunt’s present commands in regard to speaking of her father.

— Конечно нет.

— О, тогда все в порядке! Я рада, что я неординарная, — просияла Поллианна. — Понимаешь, миссис Уайт всегда говорила, что миссис Роусон — ординарная женщина… и ужасно ее не любила. Они всегда ругались, и папе приходилось… то есть я хочу сказать, нам доставляло больше хлопот поддерживать мир между ними двумя, чем между всеми остальными дамами в комитете, — поправилась Поллианна, немножко запыхавшись после предпринятых усилий провести свой корабль между Сциллой отцовского запрета говорить о церковных дрязгах и Харибдой теткиного приказания не упоминать об отце.

“Yes, yes; well, never mind,” interposed Aunt Polly, a trifle impatiently. “You do run on so, Pollyanna, and no matter what we’re talking about you always bring up (to bring up фраз.гл. упоминать) at those Ladies’ Aiders!”

“Yes’m,” smiled Pollyanna, cheerfully, “I reckon I do, maybe. But you see they used to bring me up, and – ”

“That will do, Pollyanna,” interrupted a cold voice. “Now what is it about this jelly?”

— Ну, хорошо, хорошо, — вставила мисс Полли с досадой. — О чем бы мы ни говорили, Поллианна, ты все сведешь к дамам из комитета!

— Да, — улыбнулась Поллианна радостно. — Так оно, наверное, и есть, но, понимаешь, они меня воспитывали и…

— Довольно, Поллианна, — холодно прервала мисс Полли. — Так в чем дело с этим студнем?

“Nothing, Aunt Polly, truly, that you would mind, I’m sure. You let me take jelly to HER, so I thought you would to HIM – this once. You see, broken legs aren’t like – like lifelong-invalids, so his won’t last forever as Mrs. Snow’s does, and she can have all the rest of the things after just once or twice.”

— Ничего такого, что могло бы тебе не понравиться, тетя Полли! Я уверена. Ты позволяла мне носить студень ей, так что я думаю, ты позволишь отнести на этот раз ему. Понимаешь, сломанная нога — это не то что неизлечимая болезнь… поэтому он не будет лежать всегда, как миссис Сноу, и после одного или двух раз она получит все остальное…

“‘Him’? ‘He’? ‘Broken leg’? What are you talking about, Pollyanna?”

Pollyanna stared; then her face relaxed.

“Oh, I forgot. I reckon you didn’t know. You see, it happened while you were gone. It was the very day you went that I found him in the woods, you know; and I had to unlock his house and telephone for the men and the doctor, and hold his head, and everything. And of course, then I came away (to come away фраз.гл. уходить) and haven’t seen him since. But when Nancy made the jelly for Mrs. Snow this week I thought how nice it would be if I could take it to him instead of her, just this once. Aunt Polly, may I?”

— «Он»? «Сломанная нога»? О чем ты говоришь?

Поллианна взглянула на нее с удивлением. Затем на ее лице изобразилось облегчение.

— Ах да, я забыла! Ты же не знаешь. Это случилось, когда тебя не было. В тот самый день, когда ты уехала в Бостон, я нашла его в лесу, и мне пришлось открыть его дом, и по телефону позвать людей и доктора, и держать его голову, и все такое. А потом я ушла и не видела его с тех пор. А когда Ненси готовила на этой неделе студень для миссис Сноу, я подумала, как было бы хорошо, если бы я могла отнести студень ему вместо нее. Только на этот раз! Тетя Полли, ты позволишь?

“Yes, yes, I suppose so,” acquiesced Miss Polly, a little wearily. “Who did you say he was?”

“The Man. I mean, Mr. John Pendleton.” Miss Polly almost sprang from her chair.

“JOHN PENDLETON!”

“Yes. Nancy told me his name. Maybe you know him.”

Miss Polly did not answer this. Instead she asked:

“Do YOU know him?”

— Да, да, конечно, — неохотно согласилась мисс Полли, уже несколько утомленная. — Кто, ты сказала, этот человек?

— Это Мужчина. То есть мистер Джон Пендлетон.

Мисс Полли чуть не вскочила со стула.

— Джон Пендлетон!

— Да. Ненси сказала мне его имя. Может быть, ты его знаешь?

Мисс Полли не ответила. Вместо этого она спросила:

— Ты его знаешь?


Pollyanna nodded.

“Oh, yes. He always speaks and smiles – now. He’s only cross (сердитый) OUTSIDE, you know. I’ll go and get the jelly. Nancy had it ’most fixed when I came in (to come in фраз.гл. входить),” finished Pollyanna, already halfway across the room.

Поллианна кивнула:

— О да! Он всегда говорит и улыбается мне… теперь. Он сердитый только снаружи, понимаешь? Я пойду и отнесу ему студень. Ненси сказала, что студень почти готов, когда я заходила в кухню, — заключила Поллианна уже на полпути к двери.

“Pollyanna, wait!” Miss Polly’s voice was suddenly very stern. “I’ve changed my mind (to change one’s mind идиом. Передумать). I would prefer that Mrs. Snow had that jelly today – as usual. That is all. You may go now.”

— Поллианна, подожди! — Голос мисс Полли зазвучал неожиданно сурово. — Я передумала. Я предпочитаю, чтобы студень сегодня получила миссис Сноу… как обычно. Вот и все. Теперь можешь идти.

Pollyanna’s face fell (лицо вытянулось, омрачилось).

“Oh, but Aunt Polly, HERS will last. She can always be sick and have things, you know; but his is just a broken leg, and legs don’t last – I mean, broken ones. He’s had it a whole week now.”

Лицо Поллианны омрачилось.

— Но, тетя Полли, с ней это будет всегда. Она всегда будет больной и еще много всего получит, понимаешь? Но он просто сломал ногу, а нога не будет длиться вечно… я имею в виду, сломанную ногу. Она у него уже неделю как сломана.

“Yes, I remember. I heard Mr. John Pendleton had met with an accident,” said Miss Polly, a little stiffly; “but – I do not care to be sending jelly to John Pendleton, Pollyanna.”

“I know, he is cross – outside,” admitted Pollyanna, sadly, “so I suppose you don’t like him. But I wouldn’t say ’twas you sent it. I’d say ’twas me. I like him. I’d be glad to send him jelly.”

— Да, я помню. Я слышала, что на прошлой неделе с мистером Пендлетоном произошел несчастный случай, — сказала мисс Полли довольно чопорно. — Но… я не вижу причины посылать студень Джону Пендлетону, Поллианна.

— Я знаю, он сердитый… снаружи, — признала Поллианна печально. — Он тебе, наверное, поэтому не нравится. Но я не стала бы говорить, что это ты ему посылаешь. Я сказала бы, что это от меня. Мне он нравится. Я была бы рада отнести ему студень.

Miss Polly began to shake her head again. Then, suddenly, she stopped, and asked in a curiously quiet voice:

“Does he know who you – are, Pollyanna?”

The little girl sighed.

“I reckon not. I told him my name, once, but he never calls me it – never.”

Мисс Полли опять отрицательно покачала головой. Потом она неожиданно остановилась и спросила странно спокойным голосом:

— Он знает, кто ты, Поллианна?

Девочка вздохнула:

— Я думаю, нет. Я сказала ему однажды, как меня зовут, но он никогда не обращается ко мне по имени… никогда..

“Does he know where you – live?”

“Oh, no. I never told him that.”

“Then he doesn’t know you’re my – niece?”

“I don’t think so.”

— Он знает, где ты живешь?

— О нет. Я никогда ему не говорила.

— Значит, он не знает, что ты… моя племянница?

— Не думаю.

For a moment there was silence. Miss Polly was looking at Pollyanna with eyes that did not seem to see her at all. The little girl, shifting impatiently from one small foot to the other, sighed audibly. Then Miss Polly roused herself with a start.

С минуту длилось молчание. Мисс Полли смотрела на Поллианну и, казалось, не видела ее. Девочка нетерпеливо переминалась с ноги на ногу, слышны были ее вздохи. Вдруг мисс Полли, вздрогнув, поднялась.

“Very well, Pollyanna,” she said at last, still in that queer voice, so unlike her own; “you may – you may take the jelly to Mr. Pendleton as your own gift. But understand: I do not send it. Be very sure that he does not think I do!”

“Yes’m – no’m – thank you, Aunt Polly,” exulted Pollyanna, as she flew through the door.

— Хорошо, Поллианна, — сказала она все тем же странным голосом, столь непохожим на ее обычный. — Ты можешь… ты можешь отнести студень мистеру Пендлетону как подарок от себя самой. Но, помни, это не от меня. Постарайся, чтобы он не подумал, что это от меня!

— Да… Спасибо, тетя Полли, — ответила обрадованная Поллианна, выбегая из комнаты.