Pollyanna
Pollyanna, Chapter 19.

Which is Somewhat Surprisin

Pollyanna, Chapter 19.
Which is Somewhat Surprisin
Pollyanna entered school in September. Preliminary examinations showed that she was well advanced for a girl of her years, and she was soon a happy member of a class of girls and boys her own age.

В сентябре Поллианна пошла в школу. Предварительный экзамен показал, что для девочки ее возраста она была неплохо подготовлена, а потому вскоре она стала счастливой ученицей класса, состоявшего из ее ровесников и ровесниц.

School, in some ways, was a surprise to Pollyanna; and Pollyanna, certainly, in many ways, was very much of a surprise to school. They were soon on the best of terms, however, and to her aunt Pollyanna confessed that going to school WAS living, after all – though she had had her doubts before.

Школа в некоторых отношениях была сюрпризом для Поллианны, и Поллианна тоже во многих отношениях оказалась большим сюрпризом для школы. Впрочем, вскоре обе они — школа и Поллианна — уже были в наилучших отношениях, и Поллианна призналась тетке, что ходить в школу — это все-таки жизнь, хотя прежде она в этом сомневалась.

In spite of her delight in her new work, Pollyanna did not forget her old friends. True, she could not give them quite so much time now, of course; but she gave them what time she could. Perhaps John Pendleton, of them all, however, was the most dissatisfied.

Но, несмотря на радость, которую приносили ей новые занятия, Поллианна не забыла своих старых друзей. Конечно, она теперь не могла уделять им так много времени, как прежде, но она уделяла им столько времени, сколько могла. И пожалуй, наиболее недовольным из всех них был мистер Пендлетон.

One Saturday afternoon he spoke to her about it.

“See here, Pollyanna, how would you like to come and live with me?” he asked, a little impatiently. “I don’t see anything of you, nowadays.”

Pollyanna laughed – Mr. Pendleton was such a funny man!

Однажды в субботу он заговорил с ней об этом.

— Послушай, Поллианна, ты не хотела бы переехать жить ко мне? — спросил он чуть раздраженно и нетерпеливо. — Я совсем тебя теперь не вижу.

Поллианна засмеялась — мистер Пендлетон был такой смешной!

“I thought you didn’t like to have folks ’round,” she said.

He made a wry face (кислая мина).

“Oh, but that was before you taught me to play that wonderful game of yours. Now I’m glad to be waited on, hand and foot! Never mind, I’ll be on my own two feet yet, one of these days; then I’ll see who steps around (фраз.гл. шагает вокруг),” he finished, picking up (to pick up фраз.гл. поднять) one of the crutches at his side and shaking it playfully at the little girl. They were sitting in the great library today.

— Мне казалось, что вы не любите, когда рядом с вами кто-то есть, — ответила она. Он криво улыбнулся.

— Да, но это было прежде, чем ты научила меня играть в эту твою чудесную игру. И теперь я рад, что обо мне заботятся, и притом с усердием! Ничего, на днях я уже буду на ногах и тогда уж посмотрю, кто тут крутится по дому! — заключил он, подняв один из своих костылей и шутливо погрозив им Поллианне. В этот день они сидели в большой библиотеке дома.

“Oh, but you aren’t really glad at all for things; you just SAY you are,” pouted Pollyanna, her eyes on the dog, dozing before the fire. “You know you don’t play the game right ever, Mr. Pendleton – you know you don’t!”

— О, но на самом деле вы совсем не рады; вы только так говорите. — Поллианна надула губки, глядя на песика, дремавшего перед камином. — Вы сами знаете, что не всегда играете в игру, мистер Пендлетон. Вы знаете, что не играете!

The man’s face grew suddenly very grave.

“That’s why I want you, little girl – to help me play it. Will you come?”

Pollyanna turned in surprise.

“Mr. Pendleton, you don’t really mean – that?”

“But I do. I want you. Will you come?”

Лицо мужчины вдруг стало очень серьезным.

— Именно поэтому ты нужна мне, моя девочка… чтобы помочь мне играть. Ты поселишься у меня, хорошо?

Поллианна взглянула удивленно:

— Мистер Пендлетон, вы шутите?

— Нет. Ты нужна мне. Ты согласишься?

Pollyanna looked distressed.

“Why, Mr. Pendleton, I can’t – you know I can’t. Why, I’m – Aunt Polly’s!”

A quick something crossed the man’s face that Pollyanna could not quite understand. His head came up (to come up фраз.гл. подняться) almost fiercely.

“You’re no more hers than – Perhaps she would let you come to me,” he finished more gently. “Would you come – if she did?”

Поллианна, казалось, была огорчена.

— Но, мистер Пендлетон, я не могу. Вы же знаете, что я не могу. Я… принадлежу тете Полли.

Что-то быстро промелькнуло в выражении лица мужчины, но что это было, Поллианна не сумела понять.

— Ты не больше принадлежишь ей, чем… — Он вскинул голову почти с гневом. — Может быть, она отпустит тебя ко мне, — закончил он мягче. — Ты согласишься… если она отпустит?

Pollyanna frowned in deep thought.

“But Aunt Polly has been so – good to me,” she began slowly; “and she took me when I didn’t have anybody left but the Ladies’ Aid, and – ”

Again that spasm of something crossed the man’s face; but this time, when he spoke, his voice was low and very sad.

Поллианна нахмурилась в глубоком раздумье.

— Но тетя Полли была так… так добра ко мне, — начала она медленно. — И она взяла меня, когда у меня не осталось никого, кроме дам из комитета, и…

И снова какая-то судорога прошла по лицу мужчины. Но когда он заговорил на этот раз, голос его звучал тихо и очень печально.

“Pollyanna, long years ago I loved somebody very much. I hoped to bring her, some day, to this house. I pictured how happy we’d be together in our home all the long years to come.”

“Yes,” pitied Pollyanna, her eyes shining with sympathy.

— Поллианна, много лет назад я очень любил одну женщину. Я надеялся, что когда-нибудь приведу ее в этот дом. Я мечтал о том, как счастливы мы будем вместе в нашем доме в те долгие годы, что предстоят нам.

— Да, я понимаю, — сказала Поллианна, глаза ее светились сочувствием.

“But – well, I didn’t bring her here. Never mind why. I just didn’t – that’s all. And ever since then this great gray pile of stone has been a house – never a home. It takes a woman’s hand and heart, or a child’s presence, to make a home, Pollyanna; and I have not had either. Now will you come, my dear?”

— Но… короче, я не привел ее сюда. Неважно почему. Просто не привел, и все. И с тех пор эта огромная серая груда камней была мне просто жильем и никогда — родным домом, потому что, чтобы создать дом, Поллианна, нужна женская рука и сердце или присутствие ребенка, а у меня этого не было. Теперь ты согласна поселиться у меня, дорогая?

Pollyanna sprang to her feet. Her face was fairly illumined.

“Mr. Pendleton, you – you mean that you wish you – you had had that woman’s hand and heart all this time?”

“Why, y-yes, Pollyanna.”

“Oh, I’m so glad! Then it’s all right,” sighed the little girl. “Now you can take us both, and everything will be lovely.”

Поллианна вскочила на ноги. Лицо ее сияло.

— Мистер Пендлетон, вы хотите сказать, что… что вы все это время хотели получить женскую руку и сердце?

— Ну д-да, Поллианна.

— О, я так рада! Тогда все в порядке, — с облегчением вздохнула она. — Теперь вы можете взять нас обеих, и все будет замечательно!

“Take – you – both?” repeated the man, dazedly.

A faint doubt crossed Pollyanna’s countenance.

“Well, of course, Aunt Polly isn’t won over (to be won over идиом. Быть завоеванным), yet; but I’m sure she will be if you tell it to her just as you did to me, and then we’d both come, of course.”

— Взять… вас… обеих? — переспросил мужчина озадаченно.

Тень сомнения легла на лицо Поллианны.

— Ну, конечно, тетя Полли еще не согласилась, но я уверена, она согласится, если вы попросите ее так же, как вы попросили меня, и тогда мы обе, конечно же, переедем сюда!

A look of actual terror leaped to the man’s eyes.

“Aunt Polly come – HERE!”

Pollyanna’s eyes widened a little.

“Would you rather go THERE?” she asked. “Of course the house isn’t quite so pretty, but it’s nearer – ”

“Pollyanna, what ARE you talking about?” asked the man, very gently now.

Неподдельный ужас появился в глазах мужчины.

— Тетя Полли переедет… сюда!

Поллианна раскрыла глаза чуть шире.

— Вы предпочитаете переехать туда? — спросила она. — Конечно, тот дом не такой красивый, но зато он ближе к…

— Поллианна! О чем ты говоришь? — спросил мужчина, на этот раз очень мягко.

“Why, about where we’re going to live, of course,” rejoined Pollyanna, in obvious surprise. “I THOUGHT you meant here, at first. You said it was here that you had wanted Aunt Polly’s hand and heart all these years to make a home, and – ”

— Как о чем? О том, где мы будем жить, — ответила Поллианна в явном удивлении. — Сначала я решила, что вы хотите жить здесь. Ведь вы сказали, что все эти годы хотели руки и сердца тети Полли, чтобы создать из этой серой громады настоящий дом и…

An inarticulate cry came from the man’s throat. He raised his hand and began to speak; but the next moment he dropped his hand nervelessly at his side.

“The doctor, sir,” said the maid in the doorway.

Pollyanna rose at once.

Невнятный крик вырвался у мистера Пендлетона. Он хотел заговорить и поднял руку, но в следующее мгновение бессильно уронил ее.

— Сэр, пришел доктор, — объявила появившаяся в дверях служанка.

Поллианна сразу вскочила.

John Pendleton turned to her feverishly.

“Pollyanna, for Heaven’s sake (идиом. Ради бога), say nothing of what I asked you – yet,” he begged, in a low voice. Pollyanna dimpled into a sunny smile.

Джон Пендлетон повернулся к ней в волнении.

— Поллианна, ради всего святого, не говори ни слова о том, о чем я просил тебя… пока… — умолял он шепотом.

Солнечная улыбка прорезала две ямочки на щеках Поллианны.

“Of course not! Just as if I didn’t know you’d rather tell her yourself!” she called back merrily over her shoulder.

John Pendleton fell limply back in his chair.

“Why, what’s up?” demanded the doctor, a minute later, his fingers on his patient’s galloping pulse.

— Разумеется! Как будто я не знаю, что вы захотите сказать ей об этом сами! — весело бросила она через плечо, выбегая из комнаты.

Джон Пендлетон, обессиленный, откинулся на спинку кресла.

— Что случилось? — спросил минуту спустя доктор, держа руку на бешеном пульсе своего пациента.

A whimsical smile trembled on John Pendleton’s lips.

“Overdose of your – tonic, I guess,” he laughed, as he noted the doctor’s eyes following Pollyanna’s little figure down the driveway.

Губы Джона Пендлетона дрогнули в странной улыбке.

— Передозировка вашего… укрепляющего средства, я полагаю, — засмеялся он, заметив, как глаза доктора провожают маленькую фигурку Поллианны, бегущей по аллее.